Поиск

Сцена из сессии, где вместо ожидаемого стыда клиент неожиданно обнаруживает у себя чистый, безымянный ужас — телесную память о том, как в детстве его буквально держали над пропастью, — и как стыд оказывается мостиком через этот застывший страх. - О чем сегодня будем говорить? - спросил Терапевт и оперся о спинку кресла, привычно вытянув ноги и чуть улыбнувшись. - Об отношениях с коллегами: когда я вижу, что они знают лучше меня теорию или лучше формулируют, то чувствую себя отдельно от них. Они...

Личное воспоминание автора о детской медицинской травме — обещанной и не случившейся безболезненной процедуре — которое смогло всплыть и получить голос только сейчас, спустя десятилетия.   Я очень любил бабушку и дедушку со стороны папы. Они всегда приходили и были ласковы со мной. Иногда, может быть, чересчур. Впрочем, "сюсюканьем"  называла моя мама их отношение от того, что не доверяла. А может быть - завидовала, так не принято было обращаться с детьми у нее в семье. Но я и сам мог...

Сцена терапии, где взрослый клиент заново переживает детскую сцену, в которой мать просит прощения за то, что напугала его своим отсутствием, — и где терапевт замечает, как в комнате встречаются сразу два мальчика: клиента и его собственный.  Предположим, тебе 7 лет. Ты сидишь дома и ждёшь маму, которая обещала прийти. Она правда придёт, ведь она обещала и ты ей веришь, так веришь, как никому другому. И ты сидишь на подоконнике, прижавшись к собаке, которая остаётся единственным живым существом...

О том, как рождается детская травма прямо на глазах — девочке не дали дочитать стишок на утреннике, — и о том, как объятие, признание несправедливости и шёпотом ...

О клиентке, выстроившей глухой защитный «экран» от материнского отвержения ещё в детстве, — и о том, как в эксперименте с двумя стульями обнаруживается едва ощутимая точка на затылке, за которой прячется живая девочка, готовая выйти, если её погладить. Сначала Она рассказывала про детство. Когда Ей нужна была мама, ее нежность и тепло, ее участие и поддержка, ее улыбка и объятия, ее радость к Ней, ее любовь, - когда ей нужна была мама, то она пробовала дозваться до нее, но мама была занята, чаще...

О детском опыте, когда защищали как раз те, кто сам травил, — и о том, как эта путаница между «своим врагом» и защитником, подмеченная через отношения кошки и собаки, до сих пор проявляется в житейском недоверии к новым знакомым. Если вдуматься, то "жить как кошка с собакой" всегда значило: "постоянно ругаться и конфликтовать", но Поля и Кузя опровергают эту поговорку. Конечно, собака гоняется за котом, когда он захочет. Тем не менее, они умеют жить вместе. Но на улице Поля...

О детском опыте, когда взрослые не поверили и назвали лжецом, хотя ребёнок говорил правду, — и о простой мысли, что доверие близких формирует саму способность человека отличать правду от лжи. Лгу ли я, если я считаю, что говорю правду,  но мне говорят, что я ошибаюсь?  Меня обвиняют во лжи, хотя я точно же чувствую все, что говорю.  Мне рассказывают, что я не прав. Что эта девочка из песочницы, которая точно помнит и уверена, что именно я ударил ее. Папа, который, когда мы вышли из их дома на весь...

"Невольный узник собственных сомнений"... или Внутренний Травмированный Ребенок Автор: Уласевич Тина "Детство - это то, что мы сохранили во времени, но потеряли в себе..." У Урсулы ле Гуин есть рассказ «Уходящие из Омеласа», в котором повествуется о жизни Идеального города. В нем есть красивые, удобные дома, реализованы последние достижения техники и при этом совершенно не нарушена экология. Но, в этом городе есть тайна, которую открывают ее жителям не сразу, а только по достижению...