О клиентке, которая хочет наконец снять надоевшую «оболочку», чтобы добраться до истинной себя, — и о неожиданном открытии, что именно эта оболочка, весь её накопленный опыт, и делает контакт с миром возможным.
Сегодня мы разговаривали о том, какой ей хочется быть.
Она говорила, что хорошо бы, наконец, снять надоевшую оболочку и понять, что происходит у нее внутри. Всю жизнь она уверена, что для того, чтобы понять себя, свои отношения с миром, нужно идти в глубь. Там, на дне себя, она найдёт что-то потерянное, скрытое, то, что даст ей возможность быть самой собой.
Она отвечает на вопросы, задумывается. Надолго, по моим ощущениям. Куда-то уходит, каждый раз, как пытается найти ответ. Настолько далеко, что множество раз я чувствую себя совсем одним на сеансе. Как-будто напротив сидит не девушка и внимательно смотрит в стену, а что-то непознаваемо-сложное и от своей сложности и глубины страдающее, не находящее выхода в эту реальность.
Пожалуй, так могла бы выглядеть Истина, запертая в теле...
... А я продолжаю задавать вопросы и набираться терпения.
Ведь иногда она становится более энергичной и даже улыбается. Но потом опять погружается в себя. И эти проблески очень дороги мне.
Она хочет избавиться от оболочки.
И я спрашиваю, есть ли она сейчас, эта оболочка, это нечто, что ей так мешает.
А она говорит, что нет. И погружается в себя. Ее лицо становится спокойным, она замедляется, дышит реже.
А я чувствую, что не могу сопровождать ее в глубину, где она сейчас, как-будто это вообще выше человеческих сил.
Она выходит из этого слияния с самой собой, я уже научился отлавливать эти моменты. Остается 10 минут нашего общения, мы как две мухи в меду, все еще ползущие друг к другу.
На высоте этого ощущения усилий, которые тонут в желе сеанса, я начинаю думать о том, что нам помогает сейчас двигаться, прорезая эту вязкую субстанцию. Представил, как я должен наращивать внешний скелет, что-то твёрдое, чтобы получить возможности двигаться в этом желе. Эти возможности для меня сосредоточены на границе и это явно было само ощущение тяжести движения, явное и телесное.
И тогда я спросил, нужна ли ей на самом деле эта оболочка.
И она ответила, что там находится ее опыт!
Удивилась ответу.
Опять замерла.
- Может быть, эта оболочка настолько важна, что она помогает, а не мешает?
- Может быть... но за ней скрыта моя истинная личность!
- Если так, то с твоей истинной личностью очень сложно мне разговаривать сейчас. Попробуешь надеть оболочку? Она может помочь...
Она задумалась, а потом на глазах стала меняться. Ее движения и дыхание стали быстрее. Мимика стала активнее, поза не такая застывшая.
Она улыбалась!
А ощущение тянувшегося как желе пространства между нами стремительно стало уменьшаться.
Без оболочки она чувствовала себя уязвимо, растерянно, не понимая, что происходит и боялась сделать шаг, не разбираясь, что чувствует и хочет и как это выражать словами. Эта оболочка - весь опыт, шаблоны поведения, реальный опыт. Она чувствовала это частью себя, не единым с ней, но частью.
И, вынырнув из глубин, она как дельфин, выпрыгивающий из моря, блестящий на солнце, оказалась в мире, принимающим ее в ее оболочке.
